Хороший сон

Иногда мои сны складываются в калейдоскопы, и это выходит просто удивительно. Потому что калейдоскопы, и правда, - фантастические картины. А потом просыпаешься в 4 утра, открываешь и снова закрываешь глаза, и до самого утра пытаешься снова уловить нить сна, но никак не получается.

Мне приснилось, что я познакомился с девушкой-литовкой. Около ее дома растет огромное ветвистое дерево, по которому я взбираюсь на самый верх. Что-то похожее росло в саду у моей бабушки – старое-престарое ореховое дерево. Когда я был маленький, я тоже на него вскарабкивался.

А девушка – как из последнего фильма Тарантино. Только это француженка, и в фильме она играла еврейку.

Самое удивительное – дерево было съедобным. Мы вместе с ней лазали по дереву, отрывали эту кору и ели ее – а на вкус она была, как сухарики. Я проснулся и подумал, что мы ведь не травоядные. А есть ли древоядные? Или древогрызы?

А по утрам я приходил к ней, и, если она не выглядывала из окошка, я бросал ей в окно маленькие камушки – она выглядывала, и я ей улыбался.

Мне до сих пор тепло от этого сна. Как будто кто-то приобнял сзади за плечи и сказал: "У тебя не все так плохо. Вот тебе хороший сон".

А, по сути, весь сюжет объясняется тем, что я делал весь день. И эта предыстория не такая интересная, как сон. В тот день я читал колонку старика Козлодоева газеты F5 (об этой миловидной девушке Мелани Лоран). Рассматривал рукописи Егора Летова – такая красочная книжка, читал его интервью о разветвляющемся дереве. А насчет обгрызания коры – это, наверное, старые воспоминания о лошадях Тома Уэйтса, которые выгрызали целые картины. Хотя, конечно, сравнение с лошадями здесь не очень уместно и нарушает общую идиллию. А еще я вчера захотел побывать в Вильнюсе. Видно, оттуда и девушка.

Но самое главное я понял, пытаясь связать все воедино. Сон вдохновлен «Любимой игрой» Леонарда Коэна – книгой, которую я тоже читал в этот день.